Начало царствования Дома Романовых

На протяжении нескольких веков Костромская земля традиционно именуется «колыбелью дома Романовых». Такое название обращает наше внимание прежде всего на март 1613 года, когда в стенах Свято-Троицкого Ипатьевского мужского монастыря юный Михаил Феодорович Романов принял избрание его Земским Собором на престол государства Российского; но эта знаменательная веха истории отечественной государственности предварялась многими событиями, о которых сейчас уместно вспомнить.
Начало духовной связи Костромского края с родом Романовых было положено еще в середине XVI столетия. Около 1545 года преподобный Геннадий Костромской и Любимо-градский - основатель Спасо-Преображенской иноческой обители, ныне входящей в состав Ярославской епархии - прибыл в Москву. Среди мест, которые ему довелось посетить, был и дом Романа Юрьевича Захарьина, окольничего царя Иоанна III. Благословляя семейство Романа Юрьевича, святой Геннадий предсказал, что дочь Захарьина, Анастасия, «будет государыня - царица своему миру (России)». Уже вскоре это предсказание сбылось: в 1547 году Анастасия Романовна стала добродетельной и, по словам летописи, «предоброй» супругой царя Иоанна IV Васильевича, матерью будущего царя Феодора Иоанновича.


Брат царицы Анастасии, боярин Никита Романович Юрьев, имел пятерых сыновей: Феодора, Александра. Михаила, Ивана и Василия. Старший из них. Феодор Никитич Романов (в монашеском постриге Филарет), стал в 1619 году Патриархом Московским и веся Руси; к тому времени его сын Михаил уже шесть лет пребывал на престоле Российского царства.
Супруга Феодора Никитича Романова, Ксения Ивановна (в иночестве Марфа), унаследовала от своею отца Ивана Васильевича Шестова - большие владения в Костромском и Га-личском уездах, среди которых была и вотчина с центром в селе Домнино (судя по всему, полученная как приданое при замужестве). Подобно многим боярским родам, Шестовы имели в Костромском кремле свой дом, о котором упоминается в писцовых книгах Костромы конца 20-х годов XVII века: «Переулок на Болшую улицу к Водяным воротам (...) двор осадной великие государыни иноки Марфы Ивановны». Именно сюда, в Кострому, инокиня Марфа и Михаил Феодорович отправились из Москвы после ее освобождения от интервентов ополчением Минина и Пожарского осенью 1612 года; отец будущего царя, митрополит Филарет, с апреля 1611 года пребывал в польском плену. Как впоследствии отмечалось в «Утверженной грамоте» Земского Собора 1613 года, «сей же Михаил о Федорович и с материю своею, по действу Святаго Духа, свобожение от злаго томителства приемлет, и яко птищ от тенета отрешаетца, и во своя отчины, в Костромской уезд, скоро по свобожении возвращаетца».
К описываемому времени Костроме довелось пережить многие события, связанные с эпохой великой смуты. В конце 1608 года костромичи и галичане - прежде всего посадские люди и крестьяне - выступили против «тушинского вора» Лжедмитрия II; в декабре 1608 года в Костроме жители посада казнили местного воеводу князя Мосальского, ставленника тушинцев. Для подавления восстания в Кострому отправился пан Лисовский с двумя тысячами казаков и несколькими ротами «больших панов». 29 декабря город был захвачен, а 30 декабря - опустошен Лисовским. Героическое сопротивление неприятелю оказала братия Богоявленского мужского монастыря. Костромской церковный историк Иван Васильевич Баженов писал об этом: «Когда шайка Тушинского самозванца требовала покорности своему атаману Лисовскому (...). верные царю Шуйскому одиннадцать инокой, составлявшие братство Богоявленской обители, заперлись в ней и решились скорее (...) пожертвовать самой жизнью, чем изменить своему долгу и присяге.
Мученики верности, они все погибли от рук разбойников после того, как монастырь взят силою. Имена их современниками записаны в монастырском синодике под именем избиенных: иеромонахи Трифиллий, Макарий и Сав-ватий, иеродиакон Афиноген, иноки [монахи] Варлаам, Дионисий, Иов, Кирилл, Максим, Иоасаф и Гурий, еще служебники [монастырские служители] Василий, Иван, Стефан, Никита, Диомид и 38 крестьян». Разграблению подвергся и Крестовоздвиженский мужской монастырь в Костромском кремле; здесь мученическую кончину претерпели настоятель архимандрит Геннадий, иеромонах Антоний и девять монахов.
В начале января 1609 года Лисовский ушел из Костромы (где им был оставлен воинский гарнизон) к Галичу и взял его; однако ополчение, состоявшее из вологодцев и жителей других северных городов, уже в феврале 1609 года освободило от интервентов Галич, а в начале марта - и Кострому. Остатки отряда Лисовского укрепились в Ипатьевском монастыре. Осада обители продолжалась с марта по июль под руководством прибывшего в Кострому царского воеводы Давида Жеребцова. Он, «окружив монастырь с трех сторон глубоким рвом и надолбами, день и ночь вел ожесточенный бой с тушинцами, делавшими из монастыря отчаянные вылазки». Из Ярославля в июне 1609 года на помощь костромичам прибыли на семнадцати судах «ратные люди с огненным боем». Наконец, в июле осажденные бежали из монастыря и были окончательно разбиты при Святом озере вблизи обители - на месте, где в 1262 году костромская дружина под предводительством удельного князя Василия Ярославича, младшего брата святого благоверного великого князя Александра Невского, чудесным заступлением Феодоровской иконы Пресвятой Богородицы разгромила приступивший к Костроме монголо-татарский отряд. В память о событиях 1609 года на берегу Святого озера была воздвигнута часовня, сохранившаяся до наших дней.
Костромичи под началом князя Федора Волконского входили в состав ополчения 1611 года, руководимого воеводой Прокопием Ляпуновым и - к сожалению, безуспешно пытавшегося освободить Москву от захватчиков. Описывавший это сражение с поляками протоиерей Павел Островский отмечает: «В сих военных действиях ближе всех к неприятелю стояла дружина костромская - у Покровских ворот». В следующем 1612 году на защиту Отечества выступило нижегородское ополчение под предводительством князя Дмитрия Михайловича Пожарского. Проходя берегом Волги к Ярославлю, ополчение прибыло в Кострому. Местный воевода Иван Шереметев, сторонник польского королевича Владислава. пытался не допустить воинство Пожарского в город; тогда, по свидетельству летописи, «костромитяне приидоша на Ивана [Шереметева] с шумом и отказаша ему от воеводства и мало не убиша его». Шереметев остался жив лишь благодаря заступничеству князя Пожарского; новым костромским воеводой стал назначенный Пожарским князь Роман Гагарин. Усиленное костромичами и жителями других городов, ополчение продолжило путь к Москве и освободило столицу от интервентов.


Вскоре после этого Земским Советом, состоявшим при князе Пожарском, по русским городам были разосланы грамоты, в которых бедственное положение Отечества ставилось в зависимость от отсутствия царя - ввиду чего должно было выбрать из всех городов «лутчих и разумных постоятельных людей для земскаго великого совета и государскаго обирания», и прислать их в Москву «тотчас, чтоб, милостию Божиею, по общему совету Московского государства всяких людей, обрать на Владимерское, и на Московское, и на все великие Российские государства - государем царем и великим князем веса Русии, кому поручит Бог скифетр Московского государства в державу»". Выборные лица стали съезжаться в Москву в декабре 1612 года; в январе следующего года Земский Собор уже начал свою работу. После предварительных обсуждaений различных предложений Собор 7 февраля остановил свой выбор на шестнадцатилетнем племяннике государя Феодора Иоанновича - Михаиле Феодо-ровиче Романове, который на торжественном заседании 21 февраля и был провозглашен царем. Отметим, что под «Утверженной грамотой» Собора об избрании Михаила Феодоровича имелись подписи и двух настоятелей костромских монастырей - архимандрита Ипатьевского монастыря Кирилла и игумена Богоявленской обители Арсения.
В Кострому для извещения о состоявшемся избрании было направлено посольство, возглавлявшееся архиепископом Рязанским и Муромским Феодоритом и боярином Федором Ивановичем Шереметевым. Утром 14 марта 1613 года посольство, остановившееся на ночь в селе Селище на правом берегу Волги у Костромы, переправилось в Ипатьевский монастырь - где тогда находились инокиня Марфа Иоанновна и ее сын. С собой послы несли московские святыни; из костромского Успенского собора в обитель пришел крестный ход с чудотворной Феодоровской иконой Божией Матери. В Троицком храме Ипатьевского монастыря посольство долго, но тщетно просило юного Михаила Фсодоровича и его мать принять волю Собора. Как повествует монастырская летопись - отрывок из которой сохранился в исторических трудах епископа Костромского и Галичского Павла (Подлипского) - «государыня на милость не положи, но обаче от очию ея непрестанно источники слез изливахуся; ко пришедшим глаголя: яко мнози прежде бывший цари обругаемии бяху, а инии и чуждую землю познаша; мое же чадо младо сущее, и не доумест ко умножению людских злостен управляти; молю вас, не лишите мене единороднаго чада». Изменила ход событий лишь убедительная речь архиепископа Феодорита: «Не мозите нреслушагись: но сотворите поведенное вам от Бога, воистину бо от Бога избрани есте, и не прогневайте всех Владыку и Господа». Тогда «благоверная государыня инока Марфа Иоанновна многи слезы излия пред образом Пречистая Богородицы, и вземлет сына своего, бла-говернаго и благочестиваго великаго государя Михаила Феодоровича, пред всеми со слезами рече: се Тебе, о Богомати Пречистая Богородица, в Твои Пречистеи руце, Владычице, чадо свое предаю, и якоже хощеши, устроиши ему полезная и всему православному христианству».


Как добавляет летописец, произошло это «в церкви Пресвятыя Живоначальныя Троицы в Ипацком монастыре, в лето 7121 [1613], месяца марта в 14 день на память преподобнаго отца нашего Венедикта. Воньже и праздник уставися сей праздновати Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии Феодоровския в соборной церкви». Действительно, в память о событиях 1613 года было установлено новое празднование в честь чудотворной Феодоровской иконы Пресвятой Богородицы 14 марта - в дополнение к воспоминанию ее явления 16 августа (по старому стилю). С этого времени Феодоровский образ Божией Матери особенно почитался всеми представителями царственного дома Романовых


Текст доклада,
прочитанного управляющим Костромской епархией
на пленарном заседании научной конференции
"Смутное время в контексте становления российской государственности
и личность Ивана Сусанина: мифы и реальность"
Кострома, 14 марта 2005 года
Реклама | Кострома в интернете
Генерация страницы: 0.022 с. Всего 3 запроса к базе.
Powered by SmallNuke © 2005-2006 SmallNuke Group.